BEING HUMAN

Самые длинные корни у растений имеются там, где доступ к воде затруднён — в засушливых регионах. Ведь именно так выживает верблюжья колючка, корни которой в длину достигают порой более 20 метров…

Во время духовной засухи, страдая от сухих и горячих ветров, нужно найти в себе силы пустить корни ещё глубже, чтобы достичь живительной благодати Христа. Не заслужить, а именно достичь, чтобы питаться, не засохнуть, не превратиться в духовную окаменелость на стенах катакомб церковной истории, которую впоследствии будут изучать богословы-спелеологи с умнейшим видом, превращая вашу личность в research data…

Духовная стойкость и сила, доверие Сущему приобретаются исключительно в трудновыживаемых условиях. Тем не менее, моё доверие Сущему не означает, что со мной не случается то, чего я боюсь в состоянии экзистенциальных страхов, которые пытаюсь и учусь преодолевать различными способами.

Моё доверие Сущему не гарантирует мне защиту от засухи, ветров, знойной и безводной пустыни. Но даже если со мной случается то, чего я боюсь, Он напоминает мне, что в пустыне этой Безмолвной Планеты Его конструктивная воля для меня осуществляется через мой самый болезненный выбор, даже если в своей боли я не ощущаю присутствия Отца.

Христос разделяет со мной мою боль, потому что в Гефсиманском Саду Он познал сущность страха в условиях самого болезненного выбора, как Сын Человеческий. Христос разделяет со мной мою боль, потому что на Кресте Он познал сущность боли и чувства оставленности Отцом, как Сын Божий.

Но пройдя через пустыню боли на Безмолвной Планете, Христос воскрес. Пройдя через пустыню боли Безмолвной Планеты, я тоже воскресну. Страх заменится радостью, боль — блаженством, оставленность — вечным общением с Отцом, Сыном и Духом.

Исцеляющая Божья благодать в духовной пустыне может наполнить нашу душу и сердце только в том случае, если мы позволим Ему сделать трещины в панцире нашего имиджа, взломав нашу самозащиту… Через эти трещины и разрывы, которые болят при каждом прикосновении мыслью или словом, Бог вливает Свою исцеляющую благодать в нашу иссохшую душу, которая почти окаменела в страхе и трепете…

Иисус как-то сказал: «Кто жаждет, иди ко Мне и пей» (Ин. 7:37). Но подавляющее большинство из нас, находясь рядом с Родником, предпочитает пить из помойного ведра, потому что лукавый убедил их, что вода не даётся даром, и что за неё нужно платить… ему…

И большинство платит ему… в страхе перед демоническим кровавым отблеском заката от зубов гиен, которые терроризируют жаждущих после знойного дня в пустыне своими лающими визгами, хихиканьем и хохотом… И только весьма немногие жаждущие смело подходят к Роднику, несмотря на угрозы и смех гиен из Геенны, и пьют… даром… и преодолевают новый знойный день силою Возлюбившего жаждущих, оплатившего цену воды Своею Кровью… и живут, пуская корни всё глубже и глубже, к Источнику жизни и любви…

Не следует упрекать другого человека, что он мало надеется на Бога в сложных обстоятельствах. Ведь ты не знаешь, через какую пустыню в своей душе он уже прошёл или проходит, и не знаешь, с какими обстоятельствами придётся встретиться завтра тебе…

«Спаси меня, Боже, ибо воды дошли до души моей. Я погряз в глубоком болоте, и не на чём стать; вошёл во глубину вод, и быстрое течение их увлекает меня. Я изнемог от вопля, засохла гортань моя, истомились глаза мои от ожидания Бога моего» (Пс. 68:2-4).

Учусь принимать свой страх и боль, чтобы принять воскресение и жизнь… Учусь открывать Ему свои трещины, чтобы Он через них влил Свою исцеляющую благодать… Учусь и в пустыне смиряться не перед людьми, не перед обстоятельствами, но перед Сущим. Хотя это так сложно и больно — смиряться перед Ним в присутствии других людей, находясь в знойной безводной пустыне. Да и кто может сказать сам о себе, как Христос: я кроток и смирен?

Учусь у верблюжьей колючки пускать свои корни всё глубже и глубже, искать воду не на поверхности, а глубоко в Нём, в Сущем… Верую, Господи, помоги моему неверию…